«Военный капитализм» как антикризисная программа.

Для анархиста Прудона собственность была кражей. Для президента Лукашенко собственность это власть. Не будет собственности, значит и власть придется делить с теми, у кого она есть. Можно сказать и по другому — власть это инструмент по захвату собственности. Без собственности, а значит и без права получать с нее прибыль, власть уже не так нужна и интересна. Лукашенко не любит делиться ни властью, на прибылью, а значит будет до последнего откладывать продажу «наиболее лакомых кусков экономики», как он любит говорить. Поэтому его так злит и раздражает предложение российских властей дать кредит в обмен на приватизацию. Дело не в народном достоянии, и не в цене, но в нежелании допускать на свою вотчину кого-то еще, в данном случае российских олигархов, и делиться с ними властью и барышами. Исходя из этого и введение российских рублей на территории Беларуси, о котором ходит много слухов, так же маловероятно, ведь это значит фактически перестать быть президентом независимой страны, а стать кем-то вроде губернатора российской провинции, что есть страшный удар по самолюбию Лукашенко.

Но только вот Лукашенко по всей видимости никак не поймет, что сейчас у него уже не так много вариантов и россияне могут ждать сколь угодно долго, в отличии от катящейся в пропасть белорусской экономики. Девальвация не только обвалила рубль, вызвала инфляцию и обесценила вклады в белорусских рублях, но и резко увеличила внешний долг Беларуси. Если на начало года он составлял 52% от ВВП страны, то сейчас уже все 90%. Это конечно еще не катастрофа, долги многих более благополучных стран куда больше, но эти страны, по крайней мере, могут брать новые долги для погашения прежних, а вот кто даст в долг Беларуси большой вопрос. После последних выборов, разгона демонстрации и вынесением суровых приговоров экс-кандидатам и рядовым участникам Плошчы рассчитывать на кредиты МВФ и других международных структур не приходится. Кредитный рейтинг Беларуси за текущий год понижался уже два раза, что означает увеличение возможных рисков от покупки белорусских ценных бумаг и инвестиций, так что ожидать кредита от коммерческих структур тоже не стоит. Условия России известны и так же не устраивают нынешний режим. Но валюта нужна уже сейчас, т.к. ее отсутствие означает невозможность закупки и ввоза импортного товара, а, следовательно, возникновение дефицита и простои производства, если речь идет о закупке комплектующих. Кроме того, уже в 2012 г. Беларуси необходимо будет погашать кредиты полученные от МВФ, иначе мы станем официальными банкротами.

Власть усиленно ищет выход из создавшейся ситуации и, похоже, нашла его. Если мы не можем рассчитывать на помощь заграницы, значит надо получать средства за счет населения. Условно можно назвать такую модель военным капитализмом, тем более, что и сам Лукашенко в своем последнем телевыступлении перешел на военную терминологию: «Поставьте всех на военные рельсы. (…) Не хватает БелАЗов — 28 часов работайте, не хватает обуви — 30 часов в сутки работайте, не хватает одежды — 50 часов работайте, привлекая людей». Рецепт прост как прическа президента: всех загрузить работой, чтобы и мыслей дурных не возникало. Ужесточить контроль, дисциплину и порядок, — вот наш вариант антикризисной программы. «Кого-то застукали в магазине в то время, когда он должен быть на строительной площадке, на заводе, на фабрике — выгоняйте с работы сразу!», — заявил Лукашенко. Причем проверки в крупных торговых комплексах в дневное время, на предмет того, почему это покупатели не на работе, начались сразу после взрыва в метро. Сейчас, очевидно, таких проверок станет еще больше. Так же на той встрече президент признался, что его первой реакцией на сообщения о панической скупке населением продуктов питания стал вопрос «а есть ли в магазинах водка». Пока водка есть, президент может спать спокойно.

Таким образом, мы можем выделить для «военного капитализма» несколько характерных черт:
— низкий уровень оплаты труда. Сейчас даже по официальному курсу средняя зарплата не превышает 300 долларов. В капиталистической экономике это очень важное и существенное конкурентное преимущество. Низкая стоимость раб. силы привлекает инвесторов и делает выгодным экспорт, то бишь обеспечивает приток валюты и прибыль экспортерам, коими у нас в основном являются госкорпорации .
— жесткая трудовая дисциплина, когда милиция и разные контролирующие ведомства буквально гоняются за прогульщиками и увиливающими от работы сотрудниками. Возможно, вспомнив советский опыт, нынешнее руководство Беларуси вернет в УК и статью за тунеядство, чтоб заставить работать все трудоспособное население.
— установление политической диктатуры и усиление борьбы со всяким инакомыслием и протестными настроениями.

Этот строй, конечно, не есть уникальное изобретение нынешнего режима и в той или иной форме характерен для многих стран Юго-Восточной Азии и Латинской Америке, хотя там основную роль играют не национальные правительства, а мировые ТНК

Теперь события, происходящие в нашей стране после выборов, становятся в одну логическую цепочку. Власти, просчитав возможный негативный вариант развития событий в экономике страны, довольно неплохо к нему подготовились. Жесткий разгон Плошчы и последовавшие за тем репрессии, которые тогда казались истерикой власти, запугали население и оставили оппозицию обескровленной. Кто-то уехал, кто-то запуган, кто-то сидит в тюрьме, но мало кто помышляет что-то серьезное против власти. Затем, как только начались первые признаки паники и нехватки валюты, происходит взрыв в метро. Население пугается еще больше, под это дело выносятся предупреждения нескольким зарегистрированным независимым СМИ, которым теперь грозит закрытие. Выносятся жесткие приговоры за Плошчу и по делам анархистов, чтобы, во-первых, изолировать возможных смутьянов, и, во-вторых, показать, что любой протест в этой стране может закончиться тюрьмой и для активистов оппозиции, и для рядовых граждан. Параллельно с этим карательные органы проявляют внимание к любым гражданским инициативам, даже абсолютно аполитичным. Например, практически одновременно в разных городах возникают проблемы у Критической Массы. В Витебске участие в КМ приравнивают чуть ли не к несанкционированному митингу, в Гродно запрещают движение по проезжей части, хотя до этого ГАИ само сопровождало велосипедистов, в Минске велопокатушки и вовсе заканчиваются задержаниями и штрафами участникам КМ.

Действия власти теперь более-менее понятны, остается вопрос, что можем сделать мы, чтобы не допустить такой вариант развития событий. В различных социальных сетях уже появились призывы к акциям протеста, по примеру арабских стран. Однако, пока это лишь робкие попытки, больше похожие на флэш-мобы и вызывающие скорее улыбку, чем желание к ним присоединиться. Мы считаем, что слепое копирование опыта т.н. «твиттерных» революций в наших условиях не приведет к нужному эффекту. Во-первых, потому, что в Египте и Тунисе власти оказались не готовы к такому развитию событий и «проспали» начало революции, а когда очнулись было уже поздно – народ поверил в собственные силы и репрессии и жесткие разгоны лишь раззадорили протестующих. Белорусские власти сумели сыграть на опережение, запугав народ 19 декабря, а позже Лукашенко прямо заявил, что в случае чего не остановится перед применением армии. Во-вторых, спецслужбы уже сейчас отслеживают все подобные сообщения и в нужный час сумеют к ним подготовиться. Заранее объявленная революция не застанет их в врасплох и, можно не сомневаться, власти сделают все возможное, чтобы задушить ее в зародыше. И в-третьих, как итог предыдущих пунктов, люди сейчас очевидно бояться брать на себя инициативу и прямо призывать к свержению существующего строя. А как бы мы не говорили про самоорганизацию, которая безусловно имела место быть в арабских революциях, но там были вполне конкретные люди, которые первыми зачинали подобные выступления. Поэтому нам кажется более вероятным вариант со стихийными протестами по месту учебы, работы, жительства. Конечно, практически в любом трудовом или студенческом коллективе есть сексоты, люди, которые обо всем доносят куда следует. Однако, в сложившемся и много лет проработавшем бок о бок коллективе таких людей как правило знают и ни о чем лишнем с ними не болтают. Поэтому здесь есть куда больше шансов подготовить незаметную и неожиданную для начальства и властей акцию протеста. И такие попытки уже были. 23 мая прошла предупредительная забастовка на Речицком пивзаводе, были конфликты в строительных компаниях в Гомеле (один из них закончился убийством начальника), произошло прямое столкновение возмущенных граждан (точнее сказать гражданок) с милицией на Немиге в Минске. И, будем надеяться, это только начало. Нам в нашей борьбе так же нужны будут твиттер и фейсбук, но не столько для того, чтобы начинать протесты, сколько для того, чтобы распространять о них информацию. Когда люди увидят, что забастовки и митинги это не единичные случаи, а приобретают массовый характер, они и сами перестанут бояться, и властям уже просто не хватит омона и ментов, чтобы утихомирить всех. И тогда события могут принять очень интересный и неожиданный поворот…

2 коммента

  1. name — ну у каждого свое оправдание собственной трусости и бездействию.

    Наша цель не свержение определенного правителя, мы хотим свободы для людей всей планеты.

    Не путай нас с проплаченной оппозицией запада.

  2. Ну скинем лукашенку, ну придут на его место ТНК и/или мракобесы, а смысл? А недостаточно капиталистической стране перекроют газ. И какой толк менять один капитализм на другой? Немножко пограбить? История показывает, что свободы не бывает.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Введите капчу. *