Боец ММА Джефф Монсон: в России меня принимают как родного

Американский боец ММА Джефф Монсон в интервью корреспонденту «Р-Спорт» рассказал о возвращении в Россию, прошлогоднем бое с Федором Емельяненко, политических системах в США и России и о многом другом.

Джефф, Вы во второй раз в России. Рады ли Вы возвращению?

— Я очень рад быть здесь. Мне мой первый визит в Москву понравился, но тогда из-за травмы ноги я не смог надолго здесь остаться. Но я успел познакомиться с интересными людьми, провел несколько мастер-классов перед боем и услышал хорошие отзывы о себе. А сейчас я с нетерпением жду встречи с Алексеем Олейником.

— Какое у Вас было отношение к России перед первым приездом? Сейчас что-то изменилось?

— Перед поездкой в Россию я чувствовал себя ребенком, который готовится к Рождеству, не зная, чего ожидать, но все же надеялся на лучшее. Я был обеспокоен и заинтригован. Теперь у меня такое чувство, что люди в России принимают меня как родного. Я чувствую себя здесь комфортно, я приятно взволнован. Какое совершенное место, Санкт-Петербург. Я имел возможность посетить некоторые достопримечательности, приобщиться к истории.

— Считаете ли Вы свой первый визит неудачным?

— Очень неудачным. Любое время, которое проходит впустую, это неудача. Однако я считаю прошлый визит успешным с точки зрения знакомства с новыми хорошими людьми, а неудача заключалась в проигрыше боя.

— Что Вы можете сказать о бое с Федором Емельяненко в ноябре 2011 года?

— Он надрал мне задницу (смеется). Он доминировал на протяжении всего боя. Я очень разочарован, как все это произошло. Он был не только лучшим той ночью, но и успешнее в подготовке к бою. Несмотря на усердные тренировки, бой складывался не так, как я планировал – соперник стал действовать как кикбоксер и преуспел в этом. Я попытался изменить тактику, но у меня ничего не получилось.

— Как Вы тогда восприняли поражение?

— Очень тяжело. Трудно было не только проиграть, но и получить травму, из-за которой я потом не мог тренироваться. Каждое утро я вставал на ноги при помощи костылей. Это напоминало о моем проигрыше, от этого было еще тяжелее.

— Перед тем боем Вы нервничали?

— Конечно, я нервничал, был взволнован. Ведь Федор является легендой, символом. Драться с ним было для меня честью. Конечно, я хотел победить.

— Во время поединка Вы получили перелом нижней трети малой берцовой кости. Когда Вы почувствовали боль?

— Боль в ноге я почувствовал, когда после обмена рукопожатием шел к своему углу.

— Вас отвезли в московскую больницу № 36. Врачи наложили лангетку на поврежденную ногу и зашили разбитую губу. Что Вы можете сказать об условиях в больнице?

— Необходимы капиталовложения в больницу, потому что условия для оказания первой помощи были…(решил промолчать, улыбаясь). Но доктора были очень любезны и профессиональны, и я был рад этому. Они определили, что было сломано, сделав рентген, наложили гипс, все было хорошо. Я был разочарован в больнице — персонал, администрация и оборудование должны быть улучшены. Важно вкладывать деньги в здравоохранение, чтобы заботиться о людях. Но, все же я благодарен за внимание, которое мне оказали доктора.

— Как проходила реабилитация? Успели ли Вы восстановиться после травмы?

— Независимо от перелома кости в любом месте восстановление занимает шесть недель, чтобы ты ни делал, это займет шесть недель. Было тяжело – не мог свободно гулять со своей дочерью и вообще двигаться без костылей. Таким образом, эта травма оставила большой след в моей повседневной жизни, но травму я залечил и теперь восстановился на все 100 процентов.

— Что Вы думаете о своем будущем сопернике украинце Алексее Олейнике?

— Я хочу биться и надеюсь завоевать разряды. У меня очень жесткий бой в пятницу. Он (Олейник) имеет очень хорошие показатели и много побед посредством болевых приемов. Я думаю о своем будущем, но прежде я должен выиграть этот бой.

— Важно ли для Вас победить в этом бою?

— Очень важно, реально.

— Внесли ли Вы какие-то коррективы в свою тактику и методику ведения схватки?

— Мы много работали над движением во время боя и поднимали железо большего веса. В поединках я стою перед оппонентом слишком долго без перемещений, вместо того чтобы использовать целую клетку. Когда я стою напротив соперника, я легкая цель. Я приехал в Россию в хорошей форме.

— Вы, наверное, соблюдаете какую-нибудь диету?

— Я не ем сахара и все с ним связанное. Я не ем белого хлеба и обработанных продуктов. Так я питаюсь всегда, а не только во время подготовки к поединкам.

— Ни для кого не секрет, что Вы являетесь политически подкованным боксером. Почему возникло желание интересоваться политикой?

— Потому что я много путешествую благодаря профессии боксера. Я видел бедных людей во многих странах, сталкивался с экономическими проблемами. После увиденного я задавался одним вопросом: почему я обладаю удобствами, а многие люди этого не имеют.

— Можно ли Вас назвать патриотом?

— Патриот? Абсолютно нет. Я считаю, что быть патриотом — оскорбление, потому что поддерживая политику страны, вы совершаете много плохих вещей: причиняете большому количеству людей боль, участвуете в войнах и создаете разруху, таким образом, я действительно не хотел бы быть связанным с этим.

Что Вы думаете о политической системе в США?

— Корпорации управляют Соединенными Штатами, а политические деятели очень, очень богаты, в первую очередь белые, но они — марионетки корпораций, марионетки, которые делают то, что им говорят. Капитализм управляет Соединенными Штатами.

— Тогда как выглядит, по-вашему, идеальное управление государством?

— Никакого правительства. Анархизм – это политический идеал, но я думаю, что большинство людей не понимают значение этого термина. Мы должны сами за себя принимать решения, а когда вы даете право на это кому-то другому, даете ему полномочия, особенно очень богатым, то они сразу же подстраивают все под себя: создают законы, придумывают налоги. При этом они не собираются делать ничего для простого народа.

— Участвовали ли вы, Джефф, в каких-нибудь политических митингах? Вас когда-нибудь арестовывали?

— Меня задерживали за то, что написал краской на здании Капитолия некоторые призывы о прекращении войны в Ираке.

— Ваша активная политическая позиция не мешает спортивной карьере?

— Нет. Скорее, моя карьера мешает моему желанию быть более активным в политической области, потому что тренировки занимают много времени. Но в то же время моя профессия дает мне возможность общаться с людьми, которые хотят приносить пользу окружающим, например, посредством этого интервью.

— Пару слов об устройстве политической системы в России?

— Она повреждена, коррупционна. Это точно так же, как в Соединенных Штатах. Я ничего не говорю о конкретных лидерах. Законны ли выборы этих лидеров, это не имеет никакого значения. Я говорю о группе людей, которые принимают решения за миллионы. Они связаны между собой, им принадлежит все.

— В начале марта в России прошли президентские выборы. Итог Вас не удивил?

— Нисколько. Я знаю, что Путин хотел этого, именно когда изменили конституцию таким образом, чтобы он мог стать президентом снова. Я только думаю, что любая система, при которой вы голосуете, дает еще кому-то право принимать решение за вас. Если вы хотите что-то изменить, не голосуйте за них, пытайтесь делать что-то самостоятельно.

— После завершения профессиональной карьеры чем хотите заняться?

— Я собираюсь открыть школу в Никарагуа, начальную школу для детей. Я хочу преподавать (Монсон является магистром психологических наук), выручить тех, кому плохо. Хочу продвигать джиу-джитсу.

— В заключение дайте несколько советов ребятам, которые хотят быть такими же большими и сильными.

— Русские люди, которых я вижу, выше и сильнее меня. Все, кого я встречаю на улице, кажутся мне гигантами. Я чувствую себя очень маленьким. Играйте больше в различные спортивные игры. Не зацикливайтесь на одном виде спорта, на своей внешности. Я думаю, это лучший путь. Это то, что я сделал, и, кажется, это сработало.

Источник.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Введите капчу. *