Ни бога, ни хозяина, ни мужа: первая в мире анархо-феминистская группа

Предлагаем ознакомится со статьёй где кратко рассказывается о первой анархо-феминистской группы из Аргентины, основанной в 1890-х гг. Опыт данной группы даёт ясно понять что отделение женщин от совместной борьбы с мужчинами может послужить только ослаблению наших сплочённых рядов.

Первая в мире явно обозначившаяся анархо-феминисткая группа была основана как часть процветающего анархистского движения в Аргентине в девятнадцатом веке. Она издала первую анархо-феминистскую газету La Voz de la Mujer (Голос женщин). К сожалению, история анархо-феминизма в Аргентине редко признается, в лучшем случае о ней упомянают вскользь, в худшем — игнорируют или забывают.

«Голос женщин» был напечатан в Буэнос-Айресе всего девять раз, начиная с 8 января 1896 года и прекратил издаваться почти ровно через год в первый день нового года. Его источники финансирования включали «Группу женщин-мстительниц», «Тех, кто хочет заполнить пушки головами буржуев», «Да здравствует динамит», «Да здравствует свободная любовь», «Феминист», «Женщина-змея, пожирающая буржуев», «Полный пива», «Мужчины, дружественно настроенные в отношении женщин». Большая его часть была написана на испанском языке, лишь изредка встречались статьи на итальянском языке. Это не удивительно, так как в основном анархо-феминизм проник в Аргентину из Испании. Даже в итальянской прессе феминистский материал по большей части был написан испанскими авторами. Другой вариант газеты с тем же названием был опубликован в провинциальном городе Росарио (ее редактор, Вирджиния Болтен была единственной женщиной, которая как известно была депортирована в 1902 году в соответствии с Законом о постоянной регистрации, который дал правительству право высылать иммигрантов-активистов политических организаций). Еще один «Голос женщин» был издан в Монтевидео, куда Болтен была сослана.

«Голос женщин» описывала себя как «посвященная продвижению коммунистического анархизма». Его центральной темой был вопрос о многофакторной природе угнетения женщин. Редакция заявляла: «Мы считаем, что в современном обществе никто и ничто не находится в более жалком положении, чем несчастные женщины». Женщины, по их словам, были угнетены вдвойне — буржуазным обществом и мужчинами. Их феминизм был заметен в нападении на брак и на мужскую власть над женщинами. Авторы его статей, как и прочие анархо-феминистки, раскрывали концепцию угнетения, которая сфокусирована на гендерном угнетении. Брак был буржуазным институтом ограничивающим женскую свободу, включая их сексуальную свободу. В браки вступали без любви, верность поддерживалась страхом, а не желанием, угнетение женщин мужчинами, которое они так ненавидели, — все это представляло из себя принуждение, вытекающее из брачного контракта. Именно это отчуждение воли индивида анархо-феминистки осуждали и стремились устранить, сначала через свободную любовь, а позже и более основательно через социальную революцию.

«Голос женщин» был газетой, написанной женщинами для женщин, она была независимым представителем открытого феминистского течения внутри рабочего движения в Южной Америке и была одним из первых зарегистрированных случаев слияния феминистских идей с революционными идеями с ориентациией на рабочий класс. Как и в случае с Эммой Гольдман, Луизой Мишель и Волтарин де Клер, она отличалась от основного течения феминизма тем, что являлось рабочим движением, которое определило борьбу против патриархата как часть более широкой борьбы с экономическими и социальными классами и иерархиями. Она не была сосредоточена вокруг образованных женщин среднего класса, чей феминизм был отвергнут как «буржуазный» или «реформистский».

Анархо-феминизм возник в Буэнос-Айресе в 1890-х годах, в котором рост экономики в тот период повысил спрос на труд, который был удовлетворен за счет масштабной иммиграции. Крупнейшую этническую группу представляли итальянцы, следом шли испанцы и французы. Именно в этих иммигрантских общинах возникла и действовала группа, издававшая «Голос женщин». Как и в других странах Южной Америки, изначально анархизм был импортирован иммигрантами из европейских стран, в которых существовало мощное движение анархистов — Италии, Испании и Франции. Первые анархистские группы и издания появились в 1860-х и 1870-х годах и, благодаря социальным условиям в Аргентине нашли благодатную почву. Так же как и иммигрантские общины, частью которых они являлись, анархисты составляли неотъемлемую часть рабочего движения в Аргентине и формировали его идеи и борьбу. Анархисты помогли сформировать одни из первых профсоюзов, организовывая забастовки и демонстрации. В 1880-х и 1890-х гг. количество анархических газет, издававшихся одновременно, иногда доходило аж до 20: на французском, испанском и итальянском языках.

«Голос женщин» появился спустя полвека непрерывной деятельности анархистов. Он был частью анархо-коммунистической традиции и был посвящен уничтожению существующего общества и созданию нового, справедливого и равноправного общественного устройства, организованного по принципу «от каждого по способностям, каждому по потребностям». Как и везде, самобытное феминистское течение послужило основным толчком для анархо-феминизма, исходящего от испанских активистов (однако итальянские ссыльные, такие как Эррико Малатеста и Пьетро Гори оказывали поддержку феминистским идеям в своих журналах и статьях). Требование равной оплаты труда для женщин было удовлетворено и поддержалось значительным колличеством профсоюзов в Федерации аргентинских рабочих в 1901 году.

Воинственные антиреформистские взгляды, звучащие в «Голосе женщин», который печатался в течение года тиражом 1000-2000 экземпляров каждый номер и был одной из солидных анархических газет своего времени, вызывали отклик среди женщин-работниц Буэнос-Айреса, Ла Плата и Розарио. Его издатели были выходцами из крупных испанских и итальянских общин и отождествляли себя с женщинами из рабочего класса. Его особенность среди анархических изданий заключалась в признании специфики угнетения женщин. Он призывал женщин объединять силы против своего подчиненного положения, как в качестве женщин, так и в качестве рабочих. Первое издание журнала явилось страстным отрицанием женской доли:

Цитата:

«Мы устали от по постоянных слез и горя, мы устали от нескончаемой домашней рутины, мы устали ухаживать за детьми (как бы мы их не любили), мы устали постоянно просить и умолять, мы устали быть игрушками для наших бесчестных эксплуататоров и подлых мужей, мы решились спеть свою арию в концерте, исполняемом обществом, и потребовать, да, именно потребовать свою частичку радости на этом празднике жизни».

Появление этой газеты вызвало смешанный отклик в среде прочих анархистов: их реакция варьировалась от полного молчания и враждебности до похвалы. Одна газета опубликавала чрезвычайно теплый отклик: «группа боевых женщин развернула красный флаг анархии, намереваясь выпускать журнал для пропаганды среди своих товарищей по работе и подруг по несчастью. Мы приветствуем храбрых инициаторов этого проекта, и призываем всех наших товарищей поддержать их». Такая радушная встреча не была удивительна, ведь значительная часть анархистской прессы в то время симпатизировала феминистскому движению. В середине 1890-ых годов в Аргентине наблюдался рост числа статей, освещающих события в области равноправия женщин, в особенности относящиеся к вопросам замужетсва, семьи, проституции и господства мужчин над женщинами. Некоторые газеты даже издавали серии брошюр, посвященных «женскому вопросу». Так в La Questione Sociale, газете на итальянском языке основанной Эррико Малатеста в 1883 году после его прибытия в Аргентину, выпускались серии брошюр, которые «были специально посвящены анализу женских проблем в обществе». В другом журнале Germinal, первый выпуск которого пришелся на 1897 год, основное внимание уделялось «женскому вопросу», а несколько статей в нем объединялись единым заголовком «Феминизм», в этих статьях отстаивался «чрезвычайно революционный и справедливый характер феминизма», в противовес мнению о том, что это всего лишь выдумка «маленьких утонченных леди». Авторами большей части статей, если не всего материала, появлявшегося в то время на страницах анархистских изданий, были женщины.

Несмотря на очевидную поддержку феминизма в анархических кругах, на практике это движение столкнулось с мощной оппозицией. Складывается впечатление, что первый выпуск «Голоса женщин» был встречен враждебно, потому как в следующем номере издатели выступили с недвусмысленной критикой в адрес антифеминистских настроений, преобладающих в движении среди мужчин. Как это прозвучало:

Цитата:

«Когда мы недостойные и невежественные женщины взяли на себя инициативу и выпустили «Голос женщин» мы должны были предугадать, как вы, проповедующие свою древнюю механистическую философию обманщики, отреагируете на нашу инициативу. Вам следовало бы понять, что мы глупые женщины создали инициативу, и она — продукт мысли. Знаете, мы тоже думаем… Вышел первый номер «Голоса женщин» и, конечно же, все как с цепи сорвались: «Эмансипированные женщины? Кому это надо?» «Эмансипированные женщины? Да ни за что!»… «Сначала мы добьемся нашей эмансипации, а уж затем, когда мы мужчины будем эмансипированы и свободны, мы подумаем насчет вашей».

Редакторы пришли к выводу, что женщины вряд ли могут рассчитывать на поддержку от мужчин в требовании равенства для женщин, учитывая такое враждебное отношение. В том же номере помещена статья под названием «Узурпаторам Идеала», в котором мужчин предупреждали: «Вам лучше понять раз и навсегда, что наше предназначение не сводится к воспитанию ваших детей и стирке вашего грязного белья, и что у нас также есть право эмансипироваться и быть свободными от всех видов опеки, экономической ли или супружеской». Публикации в третьем выпуске подчеркнули, что они атакуют не всех товарищей анархистов мужского пола, а только тех «ложных анархистов», которые отказались признать «один из самых прекрасных идеалов анархизма — эмансипацию женщин».

Возмущение редакторов имело основание, поскольку анархизм отстаивает совбоду и равенство для всего человечества, а не только для мужчин. Так как женщины были угнетены патриархатом, они, как угнетенная группа, справедливо могли требовать поддержки от товарищей анархистов в своей борьбе за освобождение. Однако, для многих мужчин анархистов подобные вопросы могли быть проигнорированы на основании «после революции», такую позицию редакция «Голоса женщин» справедливо осуждала как эгоистичную. Неудивительно, что анархизм, более других социалистических течений с их акцентом на экономической эксплуатации, был в состоянии вместить борьбу с патриархатом. Тем не менее, эта теоретическая поддержка феминизма чаще всего не противоречила сексизму на практике.

Не трудно понять, почему феминисток привлек анархизм, и почему они так справедливо сопротивлялись лицемерию анархистов-мужчин. Его основные идеи, подчеркивают борьбу против власти, в том числе власть применяемую к женщине в браке и семье. Все анархисты должны стремиться к свободе в личных отношениях. Внимание анархизма к угнетению и властным отношениям открыли для женщин пространство, в котором они могли быть одновременно признаны жертвами и классового общества и мужского доминирования. Как «Голос женщин» озвучил это в своем четвертом номере: «Мы ненавидим власть, потому что мы стремимся быть людьми, а не машинами, управляемыми волей «другого», будь это власть, религия, или что-либо еще». Его цель лучше всего сформулировала одна из сторонниц, написавшая «ни Бога, ни хозяина, ни мужа».

Для получения дополнительной информации см. Maxine Molyneux’s “No God, No Boss, No Husband: Anarchist Feminism in Nineteenth-Century Argentina” (Latin American Perspectives, Vol. 13, No. 1, Latin America’s Nineteenth-Century History, Winter, 1986) , на котором эта статья основана. См. приложение.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Введите капчу. *