Против капитализма — часть первая. Неравенство и кризисы.

В последние годы анархисты стран СНГ, в том числе Беларуси, набрали определенную известность, благодаря участию в социальных конфликтах и протестах. И много было написано о том, почему анархисты являются противниками любого государства, однако государство не единственный враг анархистов,народа и свободы — не стоит забывать и о капитализме. Беларусь, которая до сих пор живет наследием СССР, не пережила всех прелестей рыночного капитализма, слабо ограниченного государством. Преобладающая государственная собственность, подавление среднего и малого бизнеса, тотальный контроль и бюрократизм — все это не тот «капитализм», который существует в странах Запада. Многие белорусы ждут, что после падения режима Лукашенко рынок наведет в стране порядок, а приватизация и развитие бизнеса — поднимут экономику. Эта вера во многом обоснована тем, что белорусам не приходилось сталкиваться с рынком, а также и тем, что существует много мифов и идеализации рыночного капитализма. Критика капитализма не нова, об этом говорилось в течение столетий. Этой статьей начинается цикл, посвященный разбору многих аспектов и мифов современного рыночного капитализма. Как и полагается экономической критике, много внимания уделено современным исследованиям и статистике.

1. Возможности. Неравенство. Концентрация богатств и власти

Один из мифов о рыночном капитализме утверждает, что каждый может добиться успеха, стоит лишь начать свой бизнес / усердно работать. Однако всё население мира стать бизнесменами и ИП не могут: работа бизнесмена поддерживается за счет огромного количества наемных рабочих, даже в случае работы на себя, т.к. товары, сырье, транспортировку, продажу и пр. будут обеспечивать рабочие, производящие различные блага, технику и услуги. Именно на рабочих и держится производство/ распределение. Да и возможность создать бизнес, способный конкурировать на рынке, есть лишь у меньшинства (об этом подробнее чуть позже). Весь мир тесно взаимосвязан и никто обеспечить себя абсолютно во всем не может, а логика «человек человеку волк» является лишь препятствием для развития общества в целом. Эта логика связана с социал-дарвинизмом, который проецирует законы естественного отбора и борьбы за существование в дикой природе на человеческое общество. Однако еще в начале ХХ века Пётр Кропоткин в работе «Взаимопомощь как фактор эволюции» доказывал, что в живой природе и в человеческом обществе кооперация и взаимопомощь являются более естественным явлением, чем конкуренция в борьбе за выживание. Моральное поведение, альтруизм можно найти как у животных, так и у первобытных людей, более того — антропологи подтверждают, что до перехода к оседлой жизни войны были редким явлением для людей[1]. По логике социал-дарвинизма «выживает сильнейший» (хотя Дарвин утверждал, что выживает приспособленный). Но тогда как кто-то может критиковать банду Лукашенко? Ведь победил сильнейший и приспособленный, ведь каждый получает то, что «заслужил», т.е. никаких претензий к «победителю» быть не должно. По такой логике монополия на рынке, вопреки утверждению многих адептов свободного рынка, есть благо и естественный ход вещей — наиболее сильный и приспособленный подавил слабых. И тогда странно, что сторонники рынка против такой «здоровой конкуренции».

Капитализм не подразумевает равных возможностей для каждого, ведь о каких равных условиях для детей из богатых и бедных семей может идти речь? В равных ли условиях находятся жители Минска и любого города в регионе Беларуси? В равных ли условиях жители Минска и Москвы? Все это якобы можно преодолеть за счет собственных усилий, стоит только захотеть. Но вот исследования экономистов подтверждают, что большинство состояний приобретается по наследству, а не за счет своего труда. Это касается не только финансового капитала, а также и связей, знакомств, репутации. Никто не выбирает в какой семье родиться — в семье чиновника, владельца компаний, президента или в семье среднестатистического представителя народа. Среда формирует человека, и ребенок, выросший в нищете, насилии или преступности, лишь дополнит эту среду и будет ее воспроизводить, а ребенок из состоятельной, богатой семьи получит высшее образование, хорошую работу и так далее. Конечно, есть много примеров того, как человек из простой семьи своими силами добился успеха, однако это лишь единичные случаи, и каждому не может так повезти. Они лишь иллюстрируют ошибку выжившего — такие примеры у всех на устах, при этом сотни и тысячи людей, умерших в нищете, пытаясь сделать то же самое, редко становятся достоянием общественности. Можно найти пример рабочего, вложившего все свои скромные сбережения в рисковое дело и заработавшего миллионы — и взять его модель поведения за успешную, правильную и эталонную. А можно найти сотню примеров других рабочих, которые в результате такого решения остались ни с чем. Рынок, как правило, в таких случаях просто выполняет свою селективную функцию и избавляется от более слабых игроков. Доходы родителей, их образование и социальный статус, место рождения, национальная или расовая принадлежность – в совокупности эти факторы могут объяснять от 20 до 70% различий в уровне дохода детей во взрослом возрасте[2].

Капитализм — это крысиные бега, стремление к получению максимальной прибыли и увеличению капитала. Человек для сторонников рынка — эгоист от природы. Что же должно ограничивать капиталистов от недобросовестных и мошеннических действий? По мнению акул капитализма, это т.н. «невидимая рука» рынка. Этот термин восходит еще к Адаму Смиту. «Без всякого преднамеренного желания и вовсе того не подозревая, богатый служит общественным интересам и умножению человеческого рода», — писал Смит. «Невидимая рука» рыночными механизмами конкуренции должна регулировать распределение и неизбежно вести общество вперед, однако на практике это лишь абстракция, которая никогда не будет работать: она не способна предотвратить концентрацию богатств и монополию. Более того, стремление увеличивать прибыль и минимизировать издержки как раз таки толкает капиталистов на сверэксплуатацию рабочих и загрязнение окружающей среды. Одна из крупнейший техногенных катастроф 21-го века — разлив нефти в Мексиканском заливе — была вызвана попыткой компании British Petroleum сократить расходы при строительстве и пренебрежением норм безопасности. Другим примером может служить Бхопальская катастрофа.

Как продолжение этой логики существует заблуждение, якобы неравенство ведет к прогрессу, т.к. обогащение богатого меньшинства неминуемо ведет к улучшению жизни бедного меньшинства. Власть и капитал стремятся воспроизводить себя, поэтому капитализм постоянно приумножает неравенство в мире. Структура неравенства за последнее столетие изменилась: по сравнению с показателями 1850 года, когда соотношение беднейших и богатейших стран было 4:1, в 2000 это соотношение примерно 100:1 [3]. Однако тут важно отметить, что сейчас, в эпоху глобализации, нельзя игнорировать факт переноса производств корпорациями в страны третьего мира (по оценке конференции ООН по торговле и развитию 2013 года около 80% мировой торговли связано с международными производственными сетями транснациональных корпораций). Ожесточенная борьба рабочего класса в странах Запада за свои права вынудила компании искать страны с более дешевым трудовым ресурсом, поэтому богатство стран обеспечивается за счет бедных, развивающихся стран. В 2010 году 79% или 541 миллион промышленных рабочих всего мира проживали в «слаборазвитых регионах». Для сравнения, в 1950 и в 1980 годах их доля составляла 34% и 53% соответственно [4]. И даже среди корпораций стремительно растет концентрация богатств: по исследованиям швейцарских ученых почти половину корпоративной экономики мира контролирует всего лишь 147 корпораций [5].

Но это далеко не все. Начиная с 1980 года 27% от всего прироста мирового богатства досталось 1% человечества (уже 82% в 2017 году). За этот же период прирост бедной половины мира составил 13%. 1% богатых владеет более 50% всех богатств мира, при этом состояние бедной половины практически не изменилось. Доход беднейших 10% людей в период с 1988 по 2011 года увеличивался на 3$ в год, а состояние богатейшего 1% увеличилось в 182 раза. Вдумайтесь — капитал восьми богатейших людей мира равен капиталу беднейшей половины планеты. Новый миллиардер появлялся в среднем каждые два дня (сейчас их более 2000). 2/5 миллионеров мира живет в США, в Японии — 7%, в Великобритании — 6%. Да, живущих в крайней бедности стало меньше, бедные стали зарабатывать больше денег в последние 40 лет, однако в последние 20 лет средняя зарплата упала и количество бедных остается огромным [6][7][8][9][10][11]. Бестселлером стала книга экономиста Томаса Пикетти, который исследовал имущественное неравенство и концентрацию богатств начиная с XVIII века. Его исследование опровергло гипотезу Кузнеца, которая предполагала, что неравенство сначала находится на низком уровне в условиях низких уровней дохода, затем растет по мере развития экономики и в конечном итоге снова падает при высоких уровнях дохода. Неравенство стремительно растет, это происходит даже в таких странах, как Швеция или Германия, в которых уровень экономического неравенства был относительно невысоким. Нынешний рост неравенства является нормальным для капитализма, как это было до Первой мировой войны, а уменьшение неравенства после Второй мировой войны было связано с политическими и экономическими потрясениями, т.е. снова опровергается идея о «магической регулировке» развития, имущественного неравенства и распределения. Важным тезисом, подтвержденным Пикетти, было значительное превышение доходности капитала уровня роста экономики, что означает концентрацию богатств в руках тех, кто владеет первоначальным капиталом, т.е. усиление неравенства. Никакой рост квалификации и человеческого капитала, никакое развитие технологий не предотвращают концентрации капитала. Да, были периоды, когда прирост дохода приходился на 10% населения, а не 1%, но все это означает не ослабление 1% (их доход составлял 63% от прироста национального дохода), а снижение дохода у остальных 90% [12][13]. Индивидуальные способности, труд — все это давно перестало влиять на ситуацию, индивидуальный успех практически всегда является результатом семейных связей и унаследованного состояния (заработанное кем-то в прошлом), которое превышает накопление настоящего (заработанное сейчас).

Доходность превышает заработную плату и рост производительности, поэтому богатым, в принципе, можно и не делать инвестиции или вкладываться в инновации, им просто необходимо использовать налоговые льготы и оффшоры, зоны с льготным налогообложением, защищая собственный текущий капитал, который сам принесет новую прибыль. Как пример, наследственные вестминстерские герцоги, графы Кадоган являются одними из самых богатых людей Британии. В Британии треть подоходного налога оплачивает 1% богатых, но он составляет лишь 25% от всех налоговых поступлений, в то же время 45% исходит от НДС, национального страхования, т.е. из денег бедного большинства [14]. При этом сторонники теории Кейнса считают, что именно государство играет ключевую роль в более справедливом распределении, также и Пикетти поддерживает прогрессивные налоги, протекционизм (защиту национальных капиталов и компаний). Но капитал сейчас не имеет отечества, его намного сложнее контролировать и облагать налогами, при этом концентрация богатств ведет и к концентрации власти, государства уже не имеют той власти, они уже не протекция капитала, власти все чаще вынуждены лоббировать интересы корпораций. Это не сценарий шпионского сериала, а реальность — корпорации и капитал обладают реальной властью, а политики отстаивают их интересы. На рост частного капитала никак не повлиял даже кризис 2008 года, в то время как доля гос. капитала неизменно сокращалась. Исследования в США подтверждают, что сенаторы очень чувствительны к мнению 30% самых богатых избирателей в своем штате. В значительно меньшей степени сенаторы чувствительны к мнению среднего класса и совершенно игнорируют мнение 30% самых бедных американцев, 5$, потраченных на избирательную компанию дают один голос кандидату [2]. Объем предвыборного фонда — важнейший компонент успеха на выборах. Выборы никогда не были отражением народного мнения, политики всегда отстаивали свои / партийные интересы, сейчас к этому прибавились корпоративные интересы. Ученые подтверждают, что более равномерное распределение политической власти ведет к устойчивому экономическому росту, поскольку широкие группы людей получают возможность влиять на политические решения, которые влияют на их благосостояние[2]. Поэтому анархисты и считают необходимым систему принятий решение, где все могут принимать участие и влиять на решение (прямая демократия).

Аргументы против концентрации богатств и неравенства можно найти и в психологии. Существует так называемый «парадокс власти», который подразумевает, что после того как люди получают власть, они начинают действовать в сценариях, которые ставят под угрозу общее благо, а для сохранения власти используется ложь, принуждение, ослабление других да вообще, по сути, все доступные средства. Исследования Пола Пифа подтверждают: более богатые члены общества меньше проявляют сочувствия и сопереживания, склонны не считаться с интересами других людей, при этом оправдывая жадность, готовы обманывать и вводить в заблуждение при переговорах, не считают зазорным обманывать покупателей товаров и услуг, а также демонстрируют готовность брать взятки и нарушать закон. Чем выше уровень богатства, тем ниже сопереживание и сострадание, а жажда и эгоизм увеличивается [15][16]. Пиф выступал с докладом еще в 2013 году, и в заключение говорил о возможности переубедить богатых, заставить их работать на 99% остального населения, приводил некоторые примеры благотворительности. Однако сейчас можно с уверенность говорить о наивности подобных утверждений, ведь неравенство только выросло, благотворительность не меняет существующего положения вещей, а проблемы нищеты и экологии только усугубляются.

Еще немного о последствиях неравенства. Неравенство доходов напрямую влияет на социальную мобильность, и чем выше неравенство, тем меньше мобильность. Также неравенство (вернее, усиливающаяся бедность) ведет к увеличению безработицы, ранней беременности, преступности (в большинстве своем преступления имеют экономическую основу), а также к снижению уровня образования. Богатство меньшинства не ведет к улучшению жизни большинства, разве богатство помещиков вело к улучшению жизни крестьян? Или богатство банды Лукашенко ведет к богатству беларуского населения? Такие случаи могут быть, но они являются скорее исключением или плодом предшествовавшей долгой борьбы рабочих. «Вот китайская экономика стремительно выросла (как и экономическое неравенство в стране), но ведь теперь Китай — супердержава!», — скажут нам. Однако ощущает ли население Китая свое богатство? С экологическими проблемами, тяжелыми рабочими условиями, диктатурой и отсутствием свобод, тотальным контролем? Почему столько китайцев уезжают из регионов в центр или за границу? Китай не стал исключением из мировой тенденции, доля 1% богатых увеличилась вдвое за период 1995-2015 гг.. Да и как показывает статистика, неравенство ведет к экономическому развитию лишь в краткосрочном периоде. Бедное население подвержено нездоровому, вредному образу жизни и питанию, что ведет к огромному количеству заболеваний, ожирению и другим болезням образа жизни (lifestyle diseases). Например, бедное население в два раза больше подвержено диабету, и намного чаще страдает от ожирения.
[6][17][18][19]

Разве это справедливо? Разве 1% людей работает и вкладывает в развитие человечества больше, чем все остальное население Земли? Речь даже не о 1%, конечно, ведь власть имущие Беларуси, несмотря на своё богатство по отношении к народу, вряд ли входит в этот 1%. Дело здесь не в усердной и старательной работе, а лишь в везении и первоначальных возможностях. Найти местонахождение нефти (или другого ресурса) могут компании с необходимым оборудованием, а не местные жители, а лучшие условия развить свой бизнес имеют те, у кого есть первоначальный капитал (материальный и нематериальный). Справедливости в использовании средств, доставшихся по наследству нет, ведь человек к этим средствам не причастен. Также нет справедливости в использовании и монополизировании найденных ресурсов.

Капитализм с его последствиями это уже не только экономический, но и политический вопрос. Государства не волнуют интересы и мнения народа, но интересы капитала, ради которого они создают выгодные условия, т.к. это также и в их интересах, но не в наших. Капитал становится единым целым с властью или, если взглянуть иначе, сам становится властью. Как пример — Россия, где найти грань между крупным частным капиталом и государством все сложнее, США, где Трамп и компания продвигают интересы крупного капитала и частных компаний. По факту, Трамп сам крупный капиталист. Взгляните на последнее введение импортных пошлин для защиты американских компаний, на которые позитивно откликнулся даже “самый прогрессивный капиталист” Илон Маск (он даже попросил защитить его бизнес от конкуренции с китайскими автомобилями).[20] Это как раз проявление протекционизма, но это не что-то новое, а лишь возвращение к истокам капитализма, когда процесс централизации власти и формирование национальных государств способствовали защите и обогащению ранних капиталистов. Но капиталисты и корпорации нуждаются в рынках сбыта, дешевой рабочей силе и ресурсах, находящихся за пределами конкретного государства, но об этом позже. никогда не меняется. К истории развития капитализма: от протекционизма к свободной торговле и обратно.

2. Эксплуатация. Кризисы.

«Вы работаете — они получают» — главное кредо капитализма. Большинство рабочих мира вынуждено работать на других. Они отчуждены от продукта труда и не владеют тем, что производят. Отчуждение снижает мотивацию, делая работу бессмысленной и угнетающей. Ко всему этому добавляется эксплуатация со стороны владельцев средств производства. В идеале свободный рынок подразумевает, что капиталист, нанимающий рабочего, заинтересован в максимизации прибыли и мотивации рабочего, поэтому он обеспечивает хорошие условия труда, права, отдых. Однако на деле компании, капиталисты стремятся сократить издержки производства: расходы на рабочих, экономить на условия труда, социальной пакете. Многие беларусы с самого юного возраста мечтают уехать за границу, в Европу, считая, что там лучшие условия для работы. Но условия в Европе — это не добрая воля капиталистов и власть имущих, но плод долгой и тяжелой борьбы европейских рабочих, которые создавали профсоюзы, устраивали забастовки и стачки, отстаивали свои права. Пример этому — 8-часовой рабочий день (мы до сих пор празднуем 1 мая, хотя об истока праздника часто замалчивают). И даже между странами с долгой историей рабочей борьбы существуют различия: в США профсоюзы добивались страхования и соцподдержек в отдельных отраслях, а в Канаде профсоюзы добивались поддержки для всех отраслей. Как результат — Канада считается страной с широкой социальной программой, а США в этом плане сильно отстает [1].

В итоге, достижения рабочих на Западе привели к переносу производств на «периферию» — страны Африки, Азии, Южной Америки. Правительства этих стран не могут, да и не хотят, противостоять расширению компаний, поэтому правительства и корпорации тесно взаимодействуют. Бедное население имеет там выбор между голодом и каторжным трудом на фабриках корпораций. Например, нефтегазовая корпорация Shell финансировала военное правительство Нигерии в 90-е годы, чтобы подавить местные протесты[2]. Примеров того, как западные компании эксплуатируют рабочих в странах «третьего мира» достаточно. Вот лишь некоторые из них.

На прилавках магазинов можно найти огромное количество товаров, содержащих пальмовое масло. Кто же его производит?

Сингапурский агропромышленный концерн Wilmar контролирует более 43% мирового рынка пальмового масла. Выручка компании за 2015 года составила 38,78 миллиардов долларов США. Рабочие на плантациях в Азии в худших случаях зарабатывают $2,50 в день. Unilever, Nestle, Procter & Gamble закупают сырье у компаний, подозреваемых в эксплуатации детей от 8 лет и женщин. Рабочие подвергаются постоянному риску и вынуждены работать сверхурочно[3][4].

Смартфон — неотъемлемый атрибут современного человека в нынешнее время. Для производства смартфонов используется кобальт, самый крупный поставщик кобальта в мире — Конго. Крупнейшие мировые производители электроники и лидеры автомобилестроения используют добытый детьми кобальт. В перечне компаний находятся Apple, Samsung Electronics, Dell, Microsoft, BMW, Renault, Tesla и др.. Под давлением общества компании улучшили контроль за условиями труда, однако эксплуатация и ужасные трудовые условия для рабочих в стране остаются. Не будь опубликованы подобные факты, компании бы и дальше не обращали на это внимание. Кроме того, в стране не прекращаются гражданские войны и междоусобица, что позволяет держать регион нестабильным и выкачивать из него все возможные ресурсы, игнорируя права местного населения, занятого банальным выживанием[5].

Самые высокие должности в табачной индустрии позволяют зарабатывать до миллиона долларов в год, однако на трех континентах дети работают в тяжелых условиях на табачных плантациях. И таких детей становится только больше. Эта отрасль убивает 7 миллионов человек в год, но приносит огромную прибыль компаниям, которые, естественно, заявляют о приоритетности искоренения детского труда. Аргентина, Индия, Зимбабве, Бангладеш, Казахстан, Малави, Мексика — вот некоторые страны, где табачная индустрия использует детский труд. Эта продукция приносит доходы и в казну государств, из-за чего борьба с компаниях не ведется столь активно, если вообще ведется[6]. Вот и Беларусь под руководством Лукашенко активно экспортирует сигареты, при этом цены на сигареты в стране довольно низкие.

Недавно в Минске открылся магазины брендовой одежды Zara. Испанский бренд и ранее был замешан в скандалах в связи с ужасными условиями труда, ущербе для окружающей среды и эксплуатацией детей, в том числе и сирийских мигрантов до 15 лет. В ноябре 2017 года в турецких магазинах в карманах были найдены записки рабочих завода-производителя, производившего товар для Zara, Mango, Next и других компаний. «Я произвел одежду, которую вы собираетесь купить, но мне за нее не платят», — гласили записки. Много брендов замешаны в эксплуатации рабочих: в Великобритании рабочие-производители River Island и New Look получают меньше половины минимальной заработной платы, компания Inditeх, производящая одежду для Zara и Bershka, Pull & Bear использует детский труд и вредные производства в Бангладеш и Узбекистане, Южной Америке, Live’s была раскритикована из-за ужасных условий рабочих на Мадагаскаре. У этих рабочих нет выбора, особенно в тех случаях, когда они находятся в нелегальном или полулегальном положении[7][8][9][10].

Почти 70% мирового какао поступает из двух стран в Западной Африке — Кот-д’Ивуаре и Гане — где работают миллионы детей[11].

Положение наемного рабочего означает, что он всегда находится в зоне риска. Его могут уволить или сократить. И это касается в том числе и крупных компаний в Европе. Siemens в прошлом году сократило 7000 рабочих, половину — в Германии[12]. Любимая многими сторонниками капитализма Tesla уволила до 700 человек, многих — без предупреждения. Также рабочие фабрик жалуются на условия труда и низкие зарплаты, проявления расизма, а компанию подозревают в преследовании профсоюзных активистов. «Всё [на заводе] как будто из будущего, кроме нас», — говорит рабочий завода Tesla в Калифорнии. Рабочие вынуждены работать сверхурочно, а получают они меньше, чем рабочие на других заводах этой отрасли. Все это происходит на фабриках миллиардера с состоянием $13,9 млрд[13][14][15].

Вот еще один пример корпоративного лицемерия. На долю компании «Алроса» (Россия) приходится четверть добываемых алмазов мира, на рекламах холдинга можно найти надписи «люди дороже алмазов». В августе 2017 года на шахте «Мир» в Якутии погибло 8 горняков. Несоблюдение техники безопасности, игнорирование риска затопления, подрывы в тот момент, когда рабочие находятся под землей, 12-часовой рабочий день — все это результат погони за прибылью, где рабочие являются средством, не более того. Это уже не первая авария на шахтах компании. Власть же, естественно, покрывает своих богачей за процент[16].

По последним данным в мире в рабстве (принудительный труд, торговля людьми) находятся 40 миллионов человек: 24.9 миллиона — в трудовом, 15.4 — в брачном. 71% из общего количества — дети и женщины. В Великобритании по официальной статистике числится 13 тысяч таких человек[17][18].

Это лишь единичные примеры проявления эксплуатации в разных странах. Рабочие для капитализма — ресурс, который как и все остальное имеет свою цену. Капиталисты не заинтересованы в 100% занятости, т.к. тогда цена на ресурс будет намного дороже. Ведь если работы будет достаточно, рабочие смогут выбирать и не идти на низкооплачиваемую или крайне тяжелую работу. Еще столетие назад люди предполагали, что технологии освободят их от эксплуатации и тяжелых работ, а рабочее время будет сокращено. И современные технологии позволяют сделать это. Но этого не произошло и мы по-прежнему работаем 40 и больше часов в неделю. Наверняка многие из вас чувствовали, что тратят время впустую, а работа в принципе является бесполезной. Этот феномен антрополог Дэвид Гребер назвал «феноменом бесполезных работ». Вместо необходимых профессий появилось огромное количество специальностей сферы услуг, административного сектора, маркетинга и сервисов, необходимых только для поддержания других бесполезных работ. И конечно сложно определить полезность многих профессий, однако пример Гребера дает нам некоторое представление о феномене: «…Совершенно не ясно как пострадает человечество если исчезнут все председатели правления, пиарщики, лоббисты, специалисты по страховым расчетам и телефонным продажам, судебные приставы или юрисконсульты…»[19]. И все это на фоне жестокой эксплуатации рабочих стран Третьего мира. Работа стала способом контроля народа, не оставляющей время и силы на развитие, а тем более на участие в общественной жизни.

Еще одно неминуемое последствие капитализма — кризисы. О том, как конкуренция и стремительный рост производства приводят к кризисам, говорилось еще два века назад. Также случаются финансовые кризисы, которые начинаются в экономических центрах и распространяются на весь мир. Потребители и рабочие находятся в кредитной кабале: кредиты на машину, квартиру, телефон, образование и т. д. Долги стали формой социального контроля и шантажа, которая связывает людей, обязывает их работать любую работу с низкой оплатой и плохими условиями. Тот же финансовый кризис 2008 года был вызван тем, что потребители уже были не в состоянии вернуть набранные кредиты, что вызвало обвал экономики. За кризисы приходится расплачиваться в первую очередь народу, рабочим, которые и так находятся в долговых обязательствах. Капиталисты хоть и теряют прибыль, но им как правило не грозит то, что грозит рабочим, когда компания становится банкротом или рабочих сокращают, лишая пропитания. И статистика показывает, что соотношение богатств остается прежним, а более того многие компании только увеличивают свою прибыль.

Джентрификация — процесс обновления и реконструкции городских кварталов, который заменяет бедное населением более состоятельным, как правило, с принудительным выселением. Процесс наблюдается во многих крупных городах развитых стран, в США, Великобритании, Японии, Канаде и др. Это стало причиной кризиса недвижимости. Возьмем для примера Великобританию. Британия привлекает богатых своей налоговой системой. В Лондоне и других городах доступное жильё заменяется дорогими и роскошными жилыми башнями, а бедные вынуждены платить вымогательские арендные платы за шокирующие условия. Джентрификация вытесняет бедных из их кварталов, цена на недвижимость растет, как и арендная плата и коммунальные услуги. Тенденция только усилилась после кризиса 2008 года, богатое население получает доход со своей недвижимости, а бедное население вытесняется в периферию, где растёт нищета. Квартиры с 20 жильцами — это не ужасающая история мигрантов, а то, что все чаще происходит в нищих кварталах Лондона. Даже люди с хорошей работой и образованием не могут позволить себе достойного жилья — все как у Диккенса. Это результат неконтролируемого рынка недвижимости в Британии. Владельцы жилья не проводят ремонт, несмотря на проблемы с электричеством, водоснабжением и т. д., а просто выселяют жильцов, заселяя других. Также на повышение арендной платы сильно повлияли такие сервисы как Airbnb: владельцы жилья понимают, что прибыль от суточной аренды для туристов намного прибыльнее долгосрочной аренды для местных жителей. 70% лондонцев в возрасте от 25 до 39 лет сообщают, что стоимость их аренды или ипотеки затрудняет работу в городе: из города вынуждены уезжать учителя, медсестры, воспитатели. Бывшая журналист BBC Викки Спратт отмечает, что ситуацию усугубляет бездействие политиков: треть членов парламента сами являются арендодателями и не хотят лишаться прибыли [20][21]. Это снова возвращает нас к тезису, что власть и капитал в XXI веке срастаются.

Еще одним последствием кризисов, долговых обязательств является кризис в образовании. В таких странах, как США, Япония образование все дороже, и лишь богатые могут позволить себе хорошее образование, все больше молодых людей вынуждены тратить свою жизнь на возвращение студенческого долга, то есть возврата кредита за обучение. Возьмем пример США. За последние 30 лет стоимость четырёх лет обучения в государственном университете выросла на 213 процентов, что намного превышает темпы инфляции. Эти расходы в большой степени оплачиваются кредитами. Примерно у 40 миллионов американцев сегодня есть студенческие кредиты. Непогашенные долги по студенческим кредитам в этой стране составляют около 1,4 триллиона долларов. Это больше, чем треть всего федерального бюджета. В последние 30 лет выпускников колледжа, живущих в нищете стало 6% (было 3%), у выпускников старших школ с 6% стало 22%. «Америка не является отличным место для людей, которые имеют лишь степень старшей школы, и я не думаю, что в ближайшее время будут изменения в лучшею сторону», — сказал экономист Энгус Дитон, получивший Нобелевскую премию. Дитон, в своих исследованиях показал, что смертность среди белого рабочего класса США растет (среди латиноамериканцев и афроамериканцев она падает). И связаны эти смерти с алкоголизмом, наркоманией, самоубийствами. Экономист видит в этом связь с ухудшением положения рабочего класса[22][23][24][25].

Эксплуатация, кризисы, отчуждение — это не просто последствия капитализма — это его суть, за которую платим мы с вами. Если упростить, то получится народное высказывание: «никакого кризиса нет, просто они воруют наши деньги».

Дополнительный материал:

Народная самооробона. Равные возможности.

Народная самооборона. Что плохого в капитализме

Народная самооборона. Оправдание капитализма нелепо.

5 комментов

  1. Очень хорошая статья. Только первая и вторая ссылка на НС ведут на одну и ту же статью. Не думаю, что так и было задумано.

  2. Спасибо за поожительный отзыв. Действительно, в такой объемной статье оказалось достаточно много и опечаток, и ошибок. Часть из них уже исправили. Посты, безусловно, вычитываются перед публикацией. Постараемся в будущем качественнее проверять материал.

  3. Отличная статья! Множество ссылок, супер! Замечательная аналитика. Вот только опечатки. Уважаемая редакция, вы проверяете посты перед публикацией?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Введите капчу. *