Семь причин неправосудных приговоров в США

Представляем вниманию читателей материал, посвященный причинам неправосудных приговоров на примере США (хотя наличие несправедливых приговоров характерно для всех стран мира, некоторые наиболее вопиющие примеры смотрите здесь. Тема правосудия является важной для анархистов, поскольку многие считают, что на Западе существует едва ли не идеальная система, гарантирующая справедливость и равенство сторон (о белорусском правосудии очень хорошо написал в своем дневнике политзаключенный анархист Игорь Олиневич – см. например здесь). Показательным для нас является тот факт, что по признанию самих экспертов проблема носит комплексный характер и совершенно недостаточно пытаться устранить воздействие каждого фактора по отдельности. Характерно так же и то, что в числе первых причин названы жестокость государства и системные сбои. Только мы как анархисты считаем это не сбоями, а как раз таки обычным функционированием системы, основанной на господстве, неравенстве и угнетении (прим. РД).

Высшая задача уголовного процесса — оправдывать невиновных. Поэтому важно знать, какие факторы вызывают сбой системы и осуждение человека за преступление, которого он не совершал. Вашингтонский институт общественных и международных вопросов представил масштабное исследование “Предсказание неправосудных приговоров: применение социологических методов для изучения судебных ошибок”.

“До 1988 г. оправдание уже после вынесения приговора случалось крайне редко”, пишут авторы исследования. Но с тех пор, благодаря генетической экспертизе, определению координат мобильных устройств и т.п. методам, уже более 300 человек в США были признаны не совершавшими преступлений, за которые они ранее были приговорены. Первым среди них был Гэри Дотсон, в 1979 г. осужденный за изнасилование. Проведенная в 1988 году генетическая экспертиза — тогда новейшая технология — показала, что это преступление совершил другой человек.

Первым причины вынесения ошибочных приговоров изучил Эдвард Борчард в 1932 году в своей работе “Осудить невиновного”. Его методика стала классикой. Она включала изложение отдельных случаев неправосудных приговоров, определение объединяющих их факторов и, наконец, рассуждение о способах исправления этих недостатков.

В американской практике выделяли семь таких факторов: ошибочное опознание, самооговор (не менее 14% случаев), “туннельное зрение”, лжесвидетельство, ошибка экспертизы, нарушение со стороны обвинения (например, прокурор утаил от заседателей данные, свидетельствующие в пользу обвиняемого — т.н. Brady Rule), слабая защита (самый распространенный фактор в случаях неправосудных вердиктов за преступления, которые наказываются смертной казнью).

Кроме того, упоминались давление СМИ, расовые предрассудки, особенности законодательства конкретного штата и молодость подсудимого (людей в возрасте неправосудно осуждали реже).

Проблема в том, что эти факторы необязательно являются причинами. В частности, нет статистических данных о присутствии этих факторов в тех случаях, когда обвиняемый был действительно виновен или, напротив, был невиновен и признан таковым в ходе процесса.

Цели и фактическая база исследования

Авторы поставили перед собой задачу начать изучение собственно причин. Для этого необходимо было ответить на вопрос: какими факторами можно объяснить, почему в одних случаях невиновных оправдывали, а в других признавали виновными и ошибка выяснялась лишь по окончании процесса? Была сформирована группа для сравнения, состоящая из случаев, когда было предъявлено обвинение и процесс начинался, но затем обвиняемый был оправдан или обвинение было снято до вынесения приговора.

Помимо традиционных факторов, перечисленных выше, авторы учитывали социологические параметры, такие, как раса и социально-экономический статус обвиняемого, структуру следственного и судебного процессов, а также действующих лиц внутри уголовного правосудия и их действия.

Было изучено 460 дел, относящихся к 1980-2012 гг. В каждом случае человек, преступления не совершавший, был обвинен в тяжком насильственном преступлении против личности. В 260 случаях невиновность обнаруживалась уже постфактум (далее ошибки) и еще в 200 случаях обвиняемый был оправдан присяжными или обвинения были сняты еще до окончания процесса по причине невиновности обвиняемого (далее близкие промахи).

Авторы подчеркивают, что речь идет именно о фактически не совершавших преступления, а не об оправданных по формальным причинам, например, из-за процессуальных нарушений. Фактическая невиновность определялась сочетанием двух факторов: а) уполномоченное лицо (e.g. судья или прокурор) официально признавало, что обвиняемый не совершал этого преступления и б) имелись сведения, способные убедить среднего разумного человека, что обвиняемый не делал того, в чем его обвиняли (e.g. генетическая экспертиза).

Ход и результаты исследования

А. Количественный метод

По итогам обработки данных статистическими методами была выстроена предсказательная модель, основанная на группе факторов, статистически значимо связанных с шансами вынесения ошибочного приговора:

  • Относительное количество смертных приговоров
  • Возраст обвиняемого
  • Сведения о предыдущих нарушениях закона
  • Качество подготовки дела обвинением
  • Сознательная ошибка опознания
  • Ошибка экспертизы
  • Обвинение не раскрывает всех сведений
  • Лжесвидетельство не являвшихся свидетелями
  • Качество защиты
  • Защита вызывала свидетелем члена его семьи

Испытания на известных случаях показали, модель отличает ошибки от близких промахов в 91% случаев. Это, безусловно, очень хороший результат.

Б. Качественный метод

После этого исследователи подробно обсудили 39 репрезентативных случаев с группой из 12 экспертов. В группу входили два прокурора, два судьи в отставке, адвокат, сержант полиции, судебный эксперт и пять ученых, изучающих работу полицейских и прокуроров.

Дискуссия имела ту же цель — выделить существенные факторы, влияющие на вероятность ошибочного приговора. В конечном итоге экспертная оценка дала набор факторов, близкий к полученному с помощью количественного метода. Особенно важно, что качественный метод дал возможность нарисовать картину взаимовлияния факторов.

Результаты

Выводы, хоть и кажутся предсказуемыми на первый взгляд, во многом неожиданны. Начать с того, что ряд факторов, традиционно считавшихся важными, оказались несущественными для определения исхода дела. Это касается расы подозреваемого, показаний зависимых свидетелей, самооговора, полицейских ошибок и разнообразных ошибок свидетелей (чрезмерная уверенность, некорректное опознание, особенно человека другой расы, и т.п.). При этом некоторые факторы, например, афроамериканское происхождение обвиняемого и полицейские ошибки, встречаются в значительном числе случаев как ошибок, так и близких промахов — но они скорее объясняют, как подозреваемый изначально попал в руки уголовного правосудия.

Многие причины ошибочных приговоров, в частности, недобросовестность обвинителя, сильная защита, ошибки экспертизы и лжесвидетельство, подтвердили свою значимость. Однако акценты оказались расставлены иначе. Скажем, экспертная ошибка значима не столько на этапе техническом, т.е. проведения самой экспертизы, сколько на последующих этапах — интерпретации результатов и представления их в суде. Принятый до сих пор подход делает акцент на качестве оснащения лабораторий.

В целом исследование показало, что совершенно недостаточно пытаться устранить воздействие каждого фактора по отдельности, хотя это тоже важно. Очевидным примером комплексной проблемы является туннельное зрение — этот эффект неразрывно связан с целым комплексом нарушений разного рода.  Без учета взаимодействия и своего рода взаимоусиления факторов невозможно разработать меры, способные предотвратить системные сбои и осуждение невинных.

Авторы исследования выделяют следующие семь факторов:

Жестокость государства

Если в штате/стране распространена “культура осуждения”, то обвиняемый имеет мало шансов на оправдание. Полиция и обвинение стремятся любой ценой добиться обвинительного приговора. Готовность, в том числе и профессиональная, во всех видеть преступников, приводит к тому, что следствие и обвинение инстинктивно игнорирует сведения, противоречащие уже сложившейся уверенности в вине подозреваемого. О случаях сознательного несоблюдения правил ведения следствия мы не говорим.

Туннельное зрение и системные сбои

Этот феномен объясняет, как получается, что ошибки следствия не исправляется, но нарастают и порождают общий сбой. Эскалация уверенности следствия в вине подозреваемого оправдывает все большее пренебрежение формальностями ради “большой правды”. В результате механизмы предотвращения ошибок следствия не работают, что приводит к системным ошибкам в доказательной базе. В конечном итоге, страдает качество судебного процесса и выносится ошибочный приговор. Важно отметить, что причиной ошибок является не набор отдельных факторов, а именно их взаимодействие.

Подготовленность обвинения

Неожиданно выяснилось, что слабая доказательная база чаще приводит к ошибочным приговорам. По природе своей это явление связано с указанными выше факторами: обвинение — вопреки недостатку фактов — считает подозреваемого виновным, по ходу следствия ошибки не исправляются, а накапливаются, что ведет к упомянутой выше эскалации уверенности, в свою очередь порождающей новые ошибки. Затем обвинение стремится восполнить недостаточность доказательств своего рода суррогатами, например, не сообщает присяжным сведений, свидетельствующих в пользу обвиняемого или приглашает зависимых “свидетелей”, на деле ничего не видевших.

Ошибки экспертизы

Эти ошибки, несомненно, существенно повышают вероятность сбоя правосудия. Вопреки распространенному мнению, основные проблемы возникают не при самом проведении экспертизы, а позднее, когда эксперт интерпретирует результаты и докладывает о них на судебном заседании. Эксперт может не сообщить присяжным важную информацию, например, группу крови обвиняемого, когда она не совпадает с группой крови преступника, или преувеличить степень убедительности доказательств вины или надежность результатов экспертизы, когда природа улики (например, запах, анализ ткани или след укуса) не дает для этого оснований.

Возраст обвиняемого и его отношения с законом

Анализ показал, что молодость часто оказывается “отягчающим обстоятельством” с точки зрения статистики. Отсутствие опыта и знаний мешает обвиняемому эффективно участвовать в своей защите, молодые люди не сразу осознают серьезность ситуации; кроме того, им часто бывает непросто представить убедительное алиби. Наличие в прошлом проблем с законом иногда вызывает предвзятость у полиции и следствия, которые, скажем, примут на веру ошибочное опознание или сомнительные улики. В итоге может возникнуть и эффект туннельного зрения, описанный выше.

Ошибочное опознание

В целом ошибочные опознания распределены статистически равномерно по случаям ошибок и близких промахов. Но если разбить ошибочные опознания на ошибки и сознательную ложь, то окажется, что сознательная ложь свидетеля снижает вероятность ошибочного приговора. И наоборот — если свидетель искренне заблуждается, то обнаружение ошибки может оказаться очень трудным делом даже для добросовестного следствия, и вероятность ошибочного осуждения повышается.

Качество защиты

Сильный адвокат, естественно, повышает шансы на оправдательный приговор или даже на снятие обвинений с невиновного. Что привлекло внимание экспертов и авторов исследования, это примеры выдающейся работы защиты в некоторых случаях близких промахов. Причем не обнаружилось связи между качеством работы защиты и типом адвоката (т.е. нанят или назначен властями). Важно, что вместо того, чтобы поскорее заключить сделку со следствием, адвокаты тратили силы и время, порой многие месяцы,  на подготовку — поиски свидетелей, проведение экспертиз и т.д., а главное — настаивали на невиновности обвиняемого.

Источник.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Введите капчу. *