Убийство как оружие восставших

OWО вопросе насилия и правомерности его использования революционерами написано много, и в спорах сломано немало копий. Переходя из эпохи в эпоху, из 19-го столетия в 20-ое мы можем наблюдать как поляризировалось анархическое движение по отношению к насилию – от анархо-пацифизма толстовцев и антимилитаристского движения хиппи до подрывного активизма безмотивщиков и повстанческих групп типа Революционные ячейки, Движение 2 июня или Прямое действие. Отношение к насилию часто становилось камнем преткновения в крупных анархических организациях как далекого, так и недавнего прошлого. Но, кроме отношения к насилию, как к временному принуждению или нанесению увечий, есть еще один вопрос, который порой становится еще более остро, чем насилие само по себе. Это позиция по отношению к убийству как средству политической борьбы.

Наше отношение к насилию, в принципе, легко угадывается по статьям, опубликованным на сайте. Мы сторонники насилия как оружия восставших и не считаем насилие чем-то аморальным, когда оно используется против вышестоящих классов. Благодаря уличной войне фашистов и антифашистов в прошлом десятилетии такая позиция распостранена довольно широко, т.к. она находила отклик на практике и давала результат.

Логически, позиция революционеров по убийству плавно вытекает из позиции по насилию. Угнетенные, находясь внизу капиталистической пирамиды, не могут без применения насилия вырваться из своего положения. Ведь на укрепление и защиту эксплуатации работает организованный аппарат принуждения, а также содействуют усилия всех тех угнетенных, которые не решились или не захотели порвать со своим рабством. Чтобы разорвать цепи рабства потребуется ответное, защитное насилие, в противовес тому которое осуществляется против нас ежедневно. А там, где есть применение силы, там возможно и убийство. Очень часто активного и фанатичного носителя авторитарных идей может остановить только его смерть. Поэтому революционеров не должна страшить перспектива перевести градуса насилия на новый уровень, если эти революционеры действительно хотят выйти за рамки существующего строя. Эскалация общественных конфликтов является индикатором готовности общества на серьезные социальные преобразования, и, как следствие, на положительное восприятие анархического эксперимента, поэтому анархистам имеет смысл всегда пытаться радикализировать социальные движения.

С практической точки зрения убийство может различаться в зависимости от контекста. С одной стороны существует убийство в относительно тихий период, которое властными структурами расценивается всегда как террористический акт. С другой стороны существует убийство, как часть определенного общественного процесса – революции или гражданской войны. По своей сути, с моральной точки зрения, между ними мало различий и  то, и другое – убийство угнетателей, заслуживших смерть. С точки зрения общественной реакции на такой акт, то в различном контексте убийство будет различаться по своему эффекту и результату.

В первом случае, в тихий период, убийство необходимо применять крайне избирательно. Само общество в период реакции не особо воспринимает радикальные акты насилия, и в символическом смысле убийство не всегда будет достигать планируемого результата. С точки же зрения практической эффективности, опять же, государство в период реакции довольно легко восстанавливает потери в кадрах и, поэтому, не стоит слишком расчитывать, что убийство кординальным образом что-то поменяет. Но, в любом случае, это не значит, что этот инструмент народного возмездия и защиты от власти и капитала нужно списывать лишь на “горячий” период. Некоторые ситуации, будь то решительные, напористые репрессии против анархистов или громкий случай насилия со стороны власти, требуют решительных ответных мер, которые могут быть положительно восприняты обществом. Также не стоит забывать о том, что во властном аппарате некоторые из его представителей являются куда более выдающимися личностями, чем остальные, и при устранении такого человека создавшийся вакуум восполнить будет тяжело, и он будет восполнен не сразу. Их труд, например как труд аналитиков, может быть не заметен со стороны и быть скрыт от взгляда людей, но при этом, очевидно, что именно благодаря их умственному труду осуществляется управление государством и применение репрессий. “Серые кардиналы” власти часто несут куда большую ответственность, чем публичные начальники.

В случае же с “горячим” периодом все становится на свои места. Чаще всего, если судить по историческому опыту, насилие угнетенных спровоцировано актами агрессии со стороны консервативных сил, которые хотят вернуть и навязать старый строй, трещащий по швам. В этих условиях убийство будет иметь место, если даже и непреднамеренное, то в рамках прямой самообороны точно. Также не стоит забывать, что революционные события или события гражданской войны, толкают людей на более решительные меры: кто стал препятствовать завоеванию народом свободы, тем более с оружием в руках, становится реакционером, а значит может быть убит.

Необходимо также четко разграничить моральную составляющую убийства, как акта возмездия. Лично мы считаем, что люди, чья профессия воссоздаёт властные отношения (будь это чиновники, представители силового аппарата или буржуазия) сами по себе уже являются агрессорами против низших классов и, как следствие, насильственные меры воздействия против них имеют под собой моральное основание. При этом имеет смысл учитывать мнение самих угнетенных, насколько конкретный угнетатель виновен перед ними. Также убийство активных и агрессивных политических оппонентов, применяющих силу против анархистов, не может являться чем-то аморальным. Тоже касается и убийства в порядке самообороны. Но, при этом, ничто не может оправдать убийство людей ради получения удовольствия или неоправданное убийство, даже не смотря на классовое положение убитого. Убийство в таких случаях является исключительным методом, который должен быть применен только тогда, когда иного способа нет или тяжкая вина потенциальной жертвы не может быть ничем оправдана. Мы категорически против, из моральных соображений, убийства политических оппонентов, не представляющих прямой угрозы анархистам, против убийства случайных свидетелей, против убийства рядовых граждан и тем более против бессмысленного лишения жизни человека.

Не смотря на то, что в ближайшей перспективе использовать данный радикальный метод самообороны у анархистов возможности не предвидится, это не мешает нам в данный момент взглянуть на него непредвзято, дабы в минуту необходимости использовать его без сомнений.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Введите капчу. *